– Ну конечно, – говорит мадам Мавританка. – Я много слышала о вашей стране. Наша тетя – вообще-то она нам не тетя, но мы всегда называли ее тетей – в прошлом году ездила в Брюссель. Большой город, красивый город! И все разговаривают по-французски! Говорят, это потому, что раньше Брюссель принадлежал Франции.
– Раньше все принадлежало Франции, – отвечаю я. – Старые добрые времена…
Мадам Мавританка смотрит на меня, слегка нахмурившись. Потом, после недолгих раздумий она задает извечный вопрос:
– А в вашей стране делают вино?
Я киваю.
– Неужели? И какое, мсье Реве?
– Белое вино, мадам, – объясняю я. – Мы делаем только белое вино, потому что в нашей стране всегда очень холодно. Большую часть года наша страна покрыта снегом и льдом. И когда наступает урожайная пора, на виноградниках лежат огромные сугробы. Чтобы убрать их, у нас есть большие ветряные мельницы – moulins à vent, – которые сдувают снег с винограда, и тогда можно начинать сбор урожая. И когда виноград собирают, он уже замерзший, но это ничего, это специальный сорт. Виноград оттаивает, и его прессуют. Первая бочка всегда для нашей королевы. В первый день Праздника Урожая Королева выходит на балкон дворца. Тысячи людей ждут внизу. И тогда королева должна одним глотком выпить из огромного хрустального бокала белое вино первого урожая. Потом она исполняет на балконе ритуальный танец, и, закончив, открывает большой праздник вина, который продолжается три дня подряд.
– Белое вино, – без энтузиазма в голосе повторяет мадам Мавританка. – Ваша королева пьет белое вино?
– Ей приходится пить белое вино, потому что такова воля народа, – поясняю я. – Но вообще-то она предпочитает красное вино, она больше любит хорошее красное вино.
– Но его в вашей стране не делают, – быстро и с плохо скрываемым удовлетворением добавляет мадам Мавританка. – И какое красное вино пьет ваша королева?
И с некоторым осуждением в голосе, она продолжает:
– Мне кажется, ваша королева не часто посещает Францию, не так ли?
– У нашей королевы есть небольшой домик в Италии, на берегу моря, – рассказываю я. – Ей нравится жить скромно и тихо. Наша королева не любит лишней суеты, ей не нужно много прислуги и всякой роскоши вроде стиральных машин. Она часто сама занимается домашним хозяйством. Например, она сама варит кофе, это она просто обожает! Еще она часто готовит еду. Ее Величество говорит: «Женщине нужно что-то делать. Женщина не должна сидеть, сложа руки. В доме всегда есть, чем заняться».
– В этом я с вашей королевой полностью согласна, – убежденно поддакивает мадам Мавританка. – Чем-то заниматься надо, неважно чем. Знаете, как мне плохо, если мне нечего делать? Я просто страдаю от этого, честное слово.
– Но однажды в итальянский дом королевы, – продолжаю я, – пробрался молодой журналист: перелез через стену и зашел. И вдруг прямо перед ним стоит королева! Он, конечно, жутко перепугался, но королева успокаивает его, улыбается и спрашивает: «Что вы хотели знать, молодой человек?»
Мадам Мавританка улыбается с почти материнской нежностью:
– Мне кажется, она очень простая в обхождении, ваша королева.
– Да, это так, – подтверждаю я. – И поэтому она очень просто и терпеливо отвечает на все вопросы молодого журналиста. Ему интересно, что Ее Величество любит поесть. «Ах, – отвечает королева, – нужно есть все, что полезно для здоровья. Я, в сущности, ем все. Кроме краснокочанной капусты, но она здесь и не растет». Наша королева не любит краснокочанную капусту, это всем известно, – поясняю я.
Мадам Мавританка задумчиво покачивает головой, околдованная блеском земной сказки.
– После этого журналист, конечно, хочет знать, что Ее Величество предпочитает пить. И что же, находясь в центре Италии, отвечает наша королева итальянскому журналисту? «Французское красное вино, – отвечает она, воспитанная на любви к честности и справедливости. – Больше всего я люблю французское красное вино».
Лицо мадам Мавританки смягчается от удовольствия.
– Французское красное вино… – повторяет она с гордостью.
– Но, мадам, какой был скандал в итальянской прессе! Королева Нидерландов, которая живет в центре Италии, говорит, что предпочитает французское красное вино. Такая суматоха поднялась! И тьма гневных статей в итальянских газетах!
– Ничего не понимаю, – насмешливо отвечает мадам Мавританка. – Французское красное вино – это ведь очень хорошее вино? Да, конечно, есть очень хорошее вино, и есть вино, которое чуть хуже, но французское красное вино – оно ведь очень хорошее?
– Вне всяких сомнений, мадам, – соглашаюсь я. – Французское красное вино – это очень хорошее вино.